Гордость мастера

В сентябре 300 лет назад Государственная дума по предложению Петра-1 приняла решение: "Российскому флоту - быть!"... Строились судоверфи, со стапелей сходили все новые и новые корабли. Стареющим требовался ремонт. Этим занимались  судоремзаводы. Сегодня в России насчитывается более 16 только речных судоремзаводов. В это число входити Балаковский СРЗ, один из лучших на Волге. Через полтора года он отметит свое 90-летие.
Люди, работающие на реке или на море, будь то капитан или ремонтник судов, всегда чем-то отличаются от нас, ''земных". Есть что-то в них особенное. С одним из таких людей, проработавшим на Балаковском судоремзаводе более 40 лет, и посчастливилось мне познакомиться.
Николай Васильевич Князев родился в 1927 году в селе Гавриловка Балтайского района. В шестилетнем возрасте переехал с родителями в Балаково. Это был 1933-й голодный год.
- Отцу моему, - вспоминает Н. В. Князев, - повезло - устроился на работу на судоремзавод в литейный цех. Приходил он домой поздно. Закопченный, уставший, голодный. Поест, что Бог дал, да снова за работу. Мастеровой был - хорошо подшивал валенки. Заводчане несли ему свою изношенную обувку. Это и выручало нас...
Дом, где жили Князевы, стоял на улице Топоринской, неподалеку от судоремзавода. Заводской гудок каждое утро сзывал рабочий люд в цехи. Никто не опаздывал, все боялись потерять работу.
Не думал тогда постреленок Коля, что мастерские СРЗ станут всей его жизнью, что проработает он здесь вдвое больше своего отца. Это будет. А пока Коля Князев со своими сверстниками сутками пропадает на Линевке.в лесу за озером, рыбачит, озорничает, играет в войну...
И война пришла, неожиданно, как приходят все беды.
- Мы, пацаны, мало что осмысливали тогда, - говорит Николай Васильевич. - Думали, что война ненадолго: месяц-два - и закончится. Родители наши думали по-иному. Они знали, что такое война - пережили гражданскую - готовились к худшему. С нашей улицы стали уходить на войну отцы соседских мальчишек.
Мне исполнилось 15 лет, когда я был зачислен на курсы фабрично - заводского обучения (ФЗО) при СРЗ. Родители были очень рады тому, что меня там будут обучать профессии, да еще и кормить. Помню, как пришел с такими же, как я, подростками впервые в контору завода - встретил нас Иван Григорьевич Кузнецов директор школы.   Вызывает по одному. Дошла очередь и до меня Спрашивает:
-  Кем хочешь стать?
-  Токарем, - отвечаю.
-   Токарей не надо, уже набрали, - говорит он. - Пойдешь учиться плотницкому делу. Мастером будет Николай Яковлевич Кузнецов.
Так Николай Князев стал обучаться в ФЗО. Поначалу делали ярма для быков. В то время мало было в городе машин. В перевозках грузов все больше был задействован гужевой транспорт. Учился Николай неважно, но был дисциплинирован. Никогда не опаздывал в школу. С этим было строго - время военное. В конце 1942 года группа, в которой учился он, сдает экзамены, а в марте 1943 года он и еще двое ребят поступили на завод. Работал в плотницком цехе.
- Прикрепили меня к старому рабочему    дяде    Васе, продолжает     мой      новый знакомый, - Василию Петровичу Кондрашову. Это был мой первый наставник. В  цехе на стапелях строились два торпедных катера. Руководили строительством мастера из Ленинграда с Балтийского судоремзавода Самые ценные породы дерева шли на их обшивку - дуб, бук, сосна в три слоя. Сроки поднимали. Мы, пацаны, еще не умели хорошо работать. Рабочих рук не "хватало Но план нам давали такой же, как и взрослым. И, не выполнив его, завод не покидали. Нас просто не выпускали - отнимали пропуска.
1943 год был тяжелым. Голодали. Кто перевыполнял задание, получал ''горячие" талоны. На них в столовой можно было взять щи из щавеля, хлеб да две ложки пшенной каши.
В 1944 году мне, 17-летнему пареньку, пришлось пройти еще одно испытание. Нас было четверо- выпускников ФЗО, направленных на месяц в командировку на строительство телефонной линии - Москва -Астрахань. Отказаться было нельзя. Приказ есть приказ. Вместо месяца проработали там до конца войны. Рыли ямы, ставили столбы. Вот там хватили и холода, и голода Из четверых балаковцев в живых остался только я...
В начале 1946 года Н. В. Князев  вернулся   после   излечения в родной цех. Худой, болезненный. На стапелях достраивались торпедные катера, те, что начинали строить в 1944, да не успели. Один был продан в Вольск, другой разобрали.
И вновь для Н. В. Князева началось обучение. Помог М. А. Панов, руководивший в то время цехом, - поставил Николая к хорошему мастеру - В. И. Чиркунову. С 1948 года молодой энергичный судоремонтник стал работать самостоятельно. И пошел стремительно в гору. В течение короткого времени получил второй разряд, третий. В начале 1950 года он уже бригадир столяров. Строил дебаркадер, ремонтировал суда. Столярный цех бы л заново построен в затоне. Работа кипела - на стапелях строились теплоходы 'Бородино", '1917 год", ''25 октября" и другие.
Строили суда быстро, качественно. Соревновались, выполняли и перевыполняли план. Все члены бригады были комсомольцами. Большим событием для Николая Князева стал прием в ряды КПСС. Еще одно событие - ему, молодому рабочему, предложено стать мастером участка.
- В середине 50-х годов, когда начиналась великая стройка - строительство ГЭС, - вспоминает Николай Васильевич, - многие заводчане подались на заработки. Ушли хорошие специалисты и рабочие. Все они сегодня живут намного лучше меня. Мог бы и я уйти, но что-то сдерживало. Прошли годы, и сейчас задаю себе вопрос - что? И только теперь, спустя время, могу ответить - гордость. Не мог я, человек, чей отец начинал работать на судоремзаводе, человек, который, казалось, впитал всю боль поражений и радость побед коллектива, покинуть его, предать...
Я вырос заводским мальчишкой, меня с малых лет будил заводской гудок, и я остался с ним до конца какие бы трудности ни переживал судоремзавод.
Рассказ Николая Васильевича о себе и соратниках был долгим, впечатляющим. Интересного собеседника всегда приятно слушать. Он рассказывал не только о том, как работал, но и о том, как умел отдыхать со своими сверстниками в саду речников, где встретился со своей будущей женой, о том, каким был танцором и участником художественной самодеятельности.
К сожалению, газетный лист не может уместить все вехи человеческого бытия, пути его длиною в жизнь.
Николай Васильевич уже пенсионер, но продолжает работать, так как молодежь разбежалась в поисках более стабильного заработка. Мог бы и он отдыхать - заслужил. Да не дает ему покоя то, что родной завод переживает трудные времена.

Ольга МОРОЗОВА

Add comment


Security code
Refresh

Комментарии